Новости и аналитика Аналитические статьи Адвокаты отметили необходимость закрепления журналистских расследований в качестве самостоятельного доказательства

Адвокаты отметили необходимость закрепления журналистских расследований в качестве самостоятельного доказательства

Адвокаты отметили необходимость закрепления журналистских расследований в качестве самостоятельного доказательства
serggn / Depositphotos.com

На заседании Научно-консультативного совета ФПА РФ адвокаты рассказали, что часто берут материалы в работу, которые были подготовлены журналистами, особенно касающиеся уголовного процесса, а также используют подготовленные репортерами расследования в качестве доказательств по делу. Напомним, что адвокат имеет право привлекать специалистов для разъяснения вопросов, связанных с оказанием юридической помощи (подп. 4 п. 3 ст. 6 Федерального закона от 31 мая 2002 г. № 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации", далее – Закон № 63-ФЗ). При этом нередко адвокаты сотрудничают с журналистами для публикации в СМИ информации о тех делах, которые ведут в суде. И это несмотря на то, что нормативно не закреплено получение согласия на публикацию со стороны доверителя, а действия адвоката ограничены положением об адвокатской тайне (ст. 8 Закона № 63-ФЗ).

 

Виды взаимодействия адвокатов и журналистов

Адвокат, управляющий партнер Московской коллегии адвокатов "Горелик и партнеры" Лада Горелик выделила три варианта сотрудничества между адвокатами и журналистами:

  • "реактивный" – обращение к адвокату за комментариями по различным темам, которые сейчас актуальны;
  • "проактивный" – предоставление адвокатом информации журналисту по согласованию с доверителем по делу, которое он ведет;
  • "эксклюзивный" – посвящение одного журналиста в детали дела – факты, документы, догадки. Такой вид сотрудничества возможен, например, в рамках уголовного дела, если адвокат не давал подписку правоохранительным органам о неразглашении тайны следствия и при согласии доверителя.

Эксперт отметила, что на практике встречаются ситуации, когда журналисты обращаются к адвокатам не с целью получить комментарий по определенной теме, а уже имеют факты о противоправных действиях или провели собственное расследование, которое может быть использовано против одного из участников процесса, которое ведет адвокат. В свою очередь расследование может приобретать статус доказательства, если основано на фактах и опросе конкретных людей, а не на слухах от анонимных лиц, обладает признаками относимости и допустимости (п. 3 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса, п. 1 ст. 88 Уголовно-процессуального кодекса). Кроме того, адвокат имеет право опрашивать лиц с их согласия, а также собирать сведения, в том числе запрашивать справки, характеристики и иные документы от органов государственной власти, органов местного самоуправления и иных организаций (п. 3 ст. 6 Закона № 63-ФЗ). Таким образом, адвокат может допросить лиц, на которых ссылается журналист, или ходатайствовать о приобщении к материалам дела документов, полученных в ходе профессионального расследования. По словам Лады Горелик, журналистское расследование может также повлиять на общественное мнение, что иногда играет в повороте дела решающую роль.

Партнер юридической фирмы "Инфралекс" Максим Черниговский добавил, что юридические компании используют одним из оснований для начала расследования случаев корпоративного мошенничества сообщения СМИ. Эксперт отметил, что публикации в СМИ и данные из иных открытых источников часто используются для наведения справок о подозреваемых в корпоративном мошенничестве, а также для проверки добросовестности контрагентов клиента.

 

Приобщение журналистских расследований к материалам дела

Напомним, что журналист имеет право искать, запрашивать, получать и распространять информацию, быть принятым должностными лицами в связи с запросом информации, а также получать доступ к документам и материалам, за исключением тех, которые составляют охраняемую законом тайну (ст. 47 Закона РФ от 27 декабря 1991 г. № 2124-I "О средствах массовой информации", далее – закон о СМИ). Несмотря на закрепление в законе положения о том, что журналист проверяет достоверность сообщаемой ему информации (п. 8 ст. 47 закона о СМИ), судьи неоднозначно подходят к вопросу приобщения журналистских расследований и репортажей к материалам дела. Так, Черемушкинский районный суд города Москвы признал нескольких граждан виновными в покушении на кражу (ч. 3 ст. 30, п. "а" ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса) и назначил им наказание в виде обязательных работ (приговор Черемушкинского районного суда города Москвы от 28 сентября 2018 г. по делу № 1-457/181). При этом виновные были членами молодежного движения "Шоп лифтинг", целью которого являлось совершение краж товаров из магазинов с дальнейшим описанием совершенного деяния в Интернете. Согласно материалам дела они тайно похитили продукты питания, спрятав их под одежду. Однако, когда они покидали магазин, не оплатив, были задержаны его сотрудниками.

В ходе предварительного расследования тайное хищение продуктов питания подтвердила следственно-оперативная группа, прибывшая на место и составившая протокол в присутствии понятых. При этом в судебном заседании подсудимые отрицали, что совершили преступление по предварительному сговору, а также членство в молодежном движении. Допрошенные в зале суда свидетели подтвердили, что граждане тайно попытались вынести из магазина продукты питания, не расплатившись за них, на просьбы персонала магазина вернуться не реагировали, оказывали сопротивление, в связи с чем была необходима помощь сотрудников полиции. Сотрудница магазина пояснила, что после совершения преступления подсудимые приходили к ней для примирения вместе с журналистом, чтобы подготовить сюжет, в котором подсудимые рассказывали о молодежном движении "Шоп лифтинг". Согласно просмотренному материалу в зале судебного заседания подсудимые дали интервью журналисту телеканала, пояснив, что входят в состав молодежной организации и совершали хищение имущества. Судья отметил, что в репортаже они давали пояснения добровольно, без оказания на них какого-либо давления, кроме того, подсудимые по собственной инициативе обратились на телеканал. В связи с этим Суд посчитал представленные доказательства относимыми и допустимыми, подтверждающими предварительный сговор между участниками и доказывающими их вину.

Суд общей юрисдикции указал, что виновность подсудимых в совершении преступления подтверждается исследованными в судебном заседании письменными материалами дела, в том числе и репортажем, содержащимся в открытом источнике.

По другому делу также был вынесен обвинительный приговор и оставлен без изменения судом апелляционной инстанции о привлечении лиц к ответственности в виде лишения свободы, взыскании штрафа и запрета заниматься предпринимательской деятельностью на территории России на основе в том числе и материалов расследования свидетеля (апелляционное определение Московского городского суда от 21 июня 2018 года по делу № 10-9550/182). В данном случае суды первой и второй инстанций отказались рассматривать материалы журналиста, несмотря на то, что собранные им данные являлись основой к сбору данных и проведению собственного расследования для одного из участников процесса – свидетеля. При этом судьи не дали оценку при отказе в удовлетворении ходатайства о приобщении сведений журналиста, имеющихся в газете и содержащих алиби для одного из подсудимых. В данном суде они приняли во внимание материалы, представленные свидетелем, указав, что представленных письменных доказательств и свидетельских показаний достаточно для подтверждения виновности подсудимых.

При этом одной из задач оперативно-розыскной деятельности является получение информации о событиях или действиях (бездействии), создающих угрозу безопасности (ст. 2 Федерального закона от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ "Об оперативно-розыскной деятельности", далее – Закон № 144-ФЗ). Соответственно, органы, осуществляющие оперативно-розыскную деятельность (ст. 13 Закона № 144-ФЗ) имеют право принимать сообщения от журналистов для дальнейшей их разработки. В частности, как отметила адвокат, д. ю. н. Елена Лукьянова, по таким делам как преступления против несовершеннолетних уполномоченный по права ребенка, прокуратур и следователь всегда принимают сообщения от журналистов и рассматривают предоставленные материалы.

 

Мнения и предложения экспертов

Заместитель генерального директора юридической компании URVISTA Светлана Петропольская отметила, что законодательное закрепление сотрудничества между адвокатами и журналистами значительно упростило бы работу адвокатуры в информационном поле. Однако, по ее мнению, до разработки законопроекта необходимо учесть, что цели у журналистов и адвокатов разные. Так, главный научный сотрудник Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ, д. ю. н. Алексей Автономов подчеркнул, что существенное отличие между адвокатом и журналистом заключается в том, что первый представляет интересы своего доверителя, а второй – всего общества. И это различие, по словам эксперта, выражается в результатах их работы: адвокат при обнаружении доказательств, подтверждающих вину доверителя, просто не учитывает их при рассмотрении дела в суде, в то время как журналист показывает то или иное событие с разных сторон, так как оно не может быть освещено односторонне. Эксперт отметил, что на практике были ситуации, которые удавалось разрешить благодаря журналистам. Так, по словам Алексея Автономова, в процессе подготовки одного материала были получены разъяснения административных органов в сфере ЖКХ, и это помогло решить проблему граждан в досудебном порядке.

Управляющий партнер АБ "Бородин и партнеры", к. ю. н Сергей Бородин добавил, что современные реалии информационного пространства позволяют СМИ достаточно оперативно доносить информацию до общества. По его мнению, к взаимодействию адвокатов и журналистов необходимо добавить работу частных детективов. На данный момент ни в одном кодексе не зафиксировано положение, позволяющее на основе права использовать напрямую сведения, полученные адвокатами от частных детективов. Эксперт предложил методы и результаты адвокатского расследования внести в кодексы как форму собирания доказательств. В качестве примера он указал, что если появится норма, регулирующая адвокатское расследование в Арбитражном процессуальном кодексе в части сбора сведений по экономическим спорам, то результаты такой деятельности могут быть представлены как самостоятельное доказательство.

Декан факультета журналистики МГУ имени М.В. Ломоносова, профессор, Елена Вартанова подчеркнула, что факты необходимо предавать огласке. Она отметила, что у журналистов, как и у адвокатов, существует кодекс профессиональной этики, поэтому в своей работе они должны быть беспристрастны и объективны при работе с источником. В связи с этим, по словам эксперта, расследования, подготовленные журналистами, показывают общественную несправедливость и в некоторых случаях выполняют роль адвоката, когда гражданина некому защитить.

Эксперты выступили с предложением внести изменения в разные процессуальные кодексы, согласно которому можно будет привлекать журналиста как специалиста и при необходимости ссылаться на его расследования и материалы как на самостоятельное доказательство. Светлана Петропольская отметила, что сотрудничество действительно принесет свои плоды только в том случае, если профессиональная деятельность адвокатов и журналистов будет иметь своей конечной целью всестороннюю защиту прав человека.
 

Несут ли журналисты ответственность за публикуемую ими оценку?

Важно отметить, что сами журналисты и организации, в которых они осуществляют трудовую деятельность, нередко становятся ответчиками по делам о защите права на неприкосновенность частной жизни, защите права на охрану изображения гражданина. Однако на практике встречаются ситуации, когда суды встают на защиту журналистов и учитывают степень общественной заинтересованности в освещении той или иной ситуации. Так, в одном деле истец обратился в суд с требованием об обязании удалить текст, размещенный на информационном портале в Интернете, а также видеосюжет, содержащий процесс проведения обыска в его доме (апелляционное определение Московского городского суда от 8 февраля 2019 года по делу № 33-6074/193). Редакция сетевого издания возражала против удовлетворения исковых требований, указывая на то, что текстовый заголовок к видеосюжету соответствует действительности, а материл преследует цель удовлетворения публичных интересов, в связи с чем удалению не подлежит. Кроме того, по мнению редакции, по представленным скриншотам с сайта, произведенным во время просмотра видеосюжета, нельзя опознать истца и его супругу, а также идентифицировать место проведения видеозаписи.

Савеловский городской суд города Москвы отказал в удовлетворении исковых требований, несмотря на то, что заголовок материала имел непосредственное отношение к проведению в квартире истца обыска сотрудниками правоохранительных органов, и из представленного видеосюжета можно было сделать вывод о том, кто на нем изображен и определить место проведения обыска. Он обосновал свою позицию следующим образом:

  • согласие на обнародование и дальнейшее использование изображения гражданина не требуется, если это необходимо в государственных, общественных или иных публичных интересах (подп. 1 п. 1 ст. 152.1 Гражданского кодекса);
  • публичный интерес может быть в случае, если гражданин занимает государственную или муниципальную должность или играет существенную роль в какой-либо области (п. 44 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ");
  • СМИ могут распространять информацию о частной жизни лица в целях защиты общественных интересов (п. 5 ст. 49 закона о СМИст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод);
  • охрана прав и свобод человека, гражданина, собственности, общественного порядка, безопасности, предупреждение преступлений – задачи уголовного производства (ст. 2 УК РФ);
  • обыск жилища является одним из способов сбора доказательств в ходе уголовного расследования (ст. 182 УПК РФ);
  • следственные мероприятия, в том числе в форме проведения обыска в жилище, производятся в общественных интересах и направлены на обеспечение общественного порядка и безопасности;
  • информация о проведении в квартире генерального директора гостиницы обыска при проведении расследования уголовного дела, а также видеозапись с указанным сюжетом представляют собой особый общественный интерес.

При этом суд апелляционной инстанции согласился с выводами нижестоящего суда и добавил, что видеоизображение истца и его супруги во время проведения обыска освещает процесс расследования уголовного дела, а не разглашает сведения о его частной жизни.

Похожее дело рассматривали суды первой и второй инстанций, в котором истец просил взыскать с редакции газеты, занимающейся независимыми журналистскими расследованиями, компенсацию морального вреда и опровергнуть представленные о нем данные (апелляционное определение Московского городского суда от 22 мая 2018 г. № 33-17272/184). Истец, основываясь на заключении специалистов-лингвистов, указал, что редакция использовала его изображение без его согласия, а в публикации говорится о его недобросовестности, нарушении им норм налогового законодательства, деловой этики и совершении иных правонарушений, при этом форма подачи материала носит негативный и оскорбительный характер. Кроме того, он отметил, что в течение долгого времени является руководителем банка, поэтому данная публикация может негативно повлиять на его деловую репутацию в профессиональной сфере.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении исковых требований, указав, что публикация не содержит оскорблений в адрес истца и не носит порочащий характер. Он отметил, что истец является публичной личностью, который к тому же ведет блог в Интернете. В связи с этим внимание общественности к деятельности истца является обоснованным и предполагает допустимую критику в его адрес. Судья указал на то, что сама по себе негативная оценка личности гражданина или его действий не влечет право на защиту в порядке ст. 152 ГК РФ, а фрагменты, на которые ссылается истец, как порочащие его честь и достоинство, являются оценочными суждениями автора публикации и носят предположительный характер, при этом основаны на имеющихся в его распоряжении документах и содержат результаты их анализа. Кроме того, судья отметил, что согласие истца на использование его изображения в данном случае не требовалось, во-первых, потому что оно получено из общедоступного источника в Интернете, а во-вторых, поскольку данное использование осуществлялось в общественных интересах.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами нижестоящего суда. Он указал, что для защиты чести, достоинства и деловой репутации истцу необходимо предоставить доказательства факта распространения ответчиком сведений об истце, их порочащий характер и несоответствие их действительности (п. 7п. 9 Постановления Пленума ВС РФ от 24 февраля 2005 г. № 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц"). При этом у гражданина есть право на ответ или комментарий в том же СМИ, в котором было опубликовано оценочное суждение о нем, с целью предоставления обоснования их несостоятельности и предложения новой оценки (п. 2 ст. 152 ГК РФст. 46 закона о СМИ). Истец доказательств распространения ответчиком сведений не предоставил, а такие спорные высказывания, как "по всей видимости", "как можно судить из имеющихся у меня документов", судебная коллегия отнесла к оценочным. Помимо этого суд апелляционной инстанции не принял во внимание заключение комиссии специалистов по результатам лингвистического исследования, в котором они указывали на наличие порочащего характера высказываний. Суд второй инстанции отметил, что это заключение не свидетельствует о незаконности судебного решения, и именно суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, принимает те доказательства, которые имеют значение для его рассмотрения и разрешения, а также оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению (ст. 56ст. 59ст. 67 ГПК РФ). Таким образом, судебная коллегия оставила решение первой инстанции без изменений.

______________________________

1 С текстом приговора Черемушкинского районного суда города Москвы от 28 сентября 2018 г. по делу № 1-457/18 можно ознакомиться на официальном портале г. Москвы судов общей юрисдикции.
2 С текстом апелляционного определения Московского городского суда от 21 июня 2018 года по делу № 10-9550/18 можно ознакомиться на официальном портале г. Москвы судов общей юрисдикции.
3 С текстом апелляционного определения Московского городского суда от 21 июня 2018 года по делу № 33-6074/19 можно ознакомиться на официальном портале г. Москвы судов общей юрисдикции.
4 С текстом апелляционного определения Московского городского суда от 22 мая 2018 года по делу № 33-17272/18 можно ознакомиться на официальном портале г. Москвы судов общей юрисдикции.

Документы по теме: